Перейти к содержимому











   



Фотография

Детали и украшения конской упряжи и как их использовали


  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 3

#1 Offline   granddad

granddad

    Пользователь

  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
    • Member ID: 235
  • 2 689 сообщений
  • Регистрация: 07-Май 13
  • ГородМосква

Отправлено 08 Март 2014 - 12:21

Детали и украшения конской упряжи и как их использовали

 

6b0ab359fd1381bbd9cb8d2c13bc9ce8_500_0_0

 

Считалось чтобы уберечь коня от нечистого на конской сбруе непременно должна быть медь Блестящие и звенящие украшения берегли и украшали и крестьянских и дворянских коней. Источник этого поверья неизвестен, но люди действительно верили в это и увешивали свою лошадь украшениями-оберегами. И всегда начищали их до блеска, и прилаживали, сколько могли себе позволить. Со временем все эти предметы попали в землю, потерянные или брошенные.
Вещи хоть и простые, но красивые и даже сегодня смотрятся элегантно. Подобные предметы в копарьской среде зовутся ёмким словом «конина».

Изготавливалось все это многообразие в деревенских кузницах из меди, бронзы, луженой меди или латуни. Примерно со второй половины 19 века стали появлятся штампованные предметы промышленного производства. Все медные и латунные элементы упряжи начищались хозяевами до блеска.

В конской упряжи использовались предметы одновременно выполнявшие практические функции, украшавшие и оберегающие лошадь от сглаза.

 

1. Ременные разделители - на груди у лошади и боковые одноременные. Чаще всего выполнены методом литья из латуни и бронзы, нагрудные 
бывали позолочены и являлись одновременно украшением.

e8e993592fe28bb8b0b7b6d8c8a4aa0c_500_0_0

2. Ручки для чересседельника и других элементов - латунные и медные, различного размера. Крупные выполнены методом литья, небольшие - штамповка.

7f96421dd03b26b5bd24db121b410519_500_0_0

3.Кольца разного диаметра и цепи на ремни - медные и латунные, использовались для затяжки ремней, для разделения ремней в упряжи, а также для украшения и звона.

4. Пряжки - на узде и постромках, на креплениях седла и т.д. Встречаются самых разных размеров, изготавливались также различными методами - более древние литьём, с конца 19 века - штамповкой. Материал медь, латунь, лужёная медь, бронза. Формы пряжек самые разнообразные и кроме утилитарного значения они служили украшением коня.

Из элементов не несших практической функции и использовавшихся только в качестве оберега и украшения:
1. Солнечные бляхи - крупные украшения, имеющие солярную символику и привешиваемые на голову лошади. Делались из жёлтой латуни и меди, пока встречены только литые бляхи, их находки нечасты. 
2. Узорные бляхи: украшения-обереги круглой формы, различной величины, несущие какие либо геометрические элементы - шестиконечная и восьмиконечная звезда, круг, треугольник, шестиугольник или имеющие символ сердца. Края практически всегда имеют зубцы, изготовлены из меди или латуни. Такие бляхи нашивались на ремни сбруи в качестве центральных элементов композиции

 

3. Бляхи-пуговицы - Круглой с гладким или зубчатым краем, размеры таких блях разнились от 1 до 4-5cm. Ими обшивались седла, ремни и другие части упряжи. Форма круглая, с зубчатым и гладким краем, размеры от 1см до примерно 4см.

4. Заклёпки, накладки, наконечники и т.д - большое множество разнообразных предметов, которые украшали и берегли лошадку от сглаза. Выглядели такие обереги очень разнообразно - стреловидные и овальные накладки, пластинки с ушками для закрепления бубенцов и колокольчиков, «трилистники», заклёпки с вставками из цветных стёкол и т.д...
5. Колокольчики и бубенцы - привешивались на ременные накладки, под дугу и на упряжь. Своим звоном радовали хозяина и уберегали лошадь от порчи. Иногда на колокольчиках встречаются надписи или номера, обозначающие мастеров или места производства

 

6572f312c4a39aa21b9f12c381c4216c.jpg

 

76afe1b7a159c5d7368601ed3b420727_500_0_0

 

 74593cf81f48c0ad1f0d275374f84d46_500_0_0

 

f670039859726ebf1ef7d532c16c18b7_500_0_0

 

a45423f5f11edca18b0d9b75baa629d9_0_500_0

 

a4b9ac340dad6f8b32c8172a5da38be1_500_0_0 
Конина на лопате

 

dce3963bb74cf2e84a8ba9652ef86709_500_0_0

Ремень с нашитыми украшениями

 

53fc2623b1b13e7c7c75bfde21090bb5.jpg 
Бубенчики

 

 
 
 
 

1216741293_4.jpg

фрагменты конской упряжи и ритуальные предметы эпохи скифов

23.05.2012 13:51
$files$avatars$_avatar04125056_.jpg!83!8
 
 
 

1216741370_11.jpg

 

Половецкий всадник - фрагменты украшений и оружия,

внизу реконструкция захоронения боевого коня 

 


  • 0

#2 Offline   granddad

granddad

    Пользователь

  • Создатель темы (ТС)
  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
    • Member ID: 235
  • 2 689 сообщений
  • Регистрация: 07-Май 13
  • ГородМосква

Отправлено 08 Март 2014 - 12:23

Пазырыкская узда.

К предыстории хунно-юэчжийских войн // С.Г. Кляшторный. Памятники древнетюркской письменности и этнокультурная история Центральной Азии. СПб., 2006 

Среди предметов конского убора, найденных в Первом Пазырыкском кургане, давно привлекают к себе внимание исследователей пять антропоморфных деревянных подвесок, точнее, модели человеческих голов, на узде одного из коней погребенного вождя. 

klaysht1.jpg 

Они представляют собой округлые пластины, диаметром около 10 см, на внешней стороне которых в невысоком рельефе вырезаны изображения человеческих лиц. Две такие же подвески украшают нагрудник боевого коня. Все изображения, с учетом индивидуальных особенностей исполнения, передают определенный изобразительный канон. Это округлое лицо с широкими скулами, коротким носом, толстыми губами и крупными миндалевидной формы глазами с четко оформленной складкой верхнего века под нависающим низким лбом. Нижняя часть лица покрыта густой бородой, заканчивающейся на скулах спиральными завитками. Выше завитков, уже на висках, находятся округлые, как бы вывернутые наружу уши, между которыми показаны короткие торчащие волосы. 

klaysht2.jpg 

Как семантически значимую деталь, следует отметить, что лбы у всех антропоморфных ликов позолочены. Все изображения передают, по всей вероятности, монголоидный и в то же время несколько фантастический тип лица (как будто накладные бороды с завитками и «звериные» уши). Более реалистично выполнено изображение на центральной подвеске, но и оно не выходит за рамки установленного канона. 
После длительного перерыва к анализу пазырыкских подвесок как серии изображений человека, «незаслуженно оставленной без внимания как автором находок, так и последующими исследователями», обратились Л.Л. Баркова и И.И. Гохман, рассмотревшие, в первую очередь, антропологические особенности изображенных лиц (Баркова Л.Л., Гохман И.И. Происхождение ранних кочевников Алтая в свете данных палеоантропологии и анализа их изображений // Элитные курганы Евразии в скифо-сарматскую эпоху. СПб., 1994). По авторитетному заключению И.И. Гохмана, «на всех шести личинах, как и на носовой, изображены люди с доминированием признаков монголоидной расы», при этом сочетание некоторых из этих признаков «характерно для центральноазиатских монголоидов с европеоидной примесью». 
Не вдаваясь в проблему антропологической характеристики населения пазырыкской культуры, отметим бесспорное наличие в его составе европеоидного компонента. Монголоидные лица на подвесках к пазырыкской узде вряд ли могут быть определены иначе как изображения иноплеменников, скорее всего, противников пазырыкцев. Показательно, что здесь же, на Южном Алтае, в кургане Кутургунтас, который, по определению Н.В. Полосьмак, «был сооружен для одного из самых знатных пазырыкцев, что были похоронены на Укоке», были также обнаружены деревянные антропоморфные подвески к конской упряжи с изображением монголоидного типа, что может свидетельствовать о широком распространении данного обычая в среде населения пазырыкской культуры. Очевидно, в том же семантическом поле следует рассматривать фигурку оленя на головном уборе погребенного в кургане 4 могильника Уландрык III. Под задними ногами оленя находится деревянная антропоморфная личина, покрытая золотым листком. Иконографические особенности данного изображения - широкие скулы, глубоко посаженные глаза, приплюснутый нос, борода - весьма близко напоминают пазырыкские подвески. Н.В. Полосьмак справедливо трактует его как «образ поверженного врага», своего рода память об одной из прошлых побед. 

klaysht3.jpg 

Обычай сохранения головы (черепа или скальпа) убитого врага для скифского времени наиболее подробно описал Геродот. «Когда скиф убивает первого врага, - сообщается в IV книге его знаменитой «Истории», - он пьет его кровь. Головы всех убитых им в бою скифский воин приносит царю. Ведь только принесший голову врага получает свою долю добычи, а иначе - нет». Или: «Выделанной кожей скифский воин пользуется как полотенцем для рук, привязывает к уздечке своего коня и гордо щеголяет ею. У кого больше таких кожаных полотенец, тот считается доблестным мужем». В других случаях черепа убитых врагов, но не всех, как указывает Геродот, а «только самых лютых скифы специальным образом покрывали изнутри позолотой и употребляли как чаши» (вспомним позолоченные лбы на пазырыкских подвесках!). 
Памятником каких исторических событий являются модели отрубленных голов на уздечке из Пазырыка? Кто были реальные противники, победу над которыми одержали пазырыкцы? Ответы на эти вопросы во многом зависят от определения этнической принадлежности населения пазырыкской культуры и времени сооружения Пазырыка. 
В литературе уже довольно устойчиво сложилось мнение о возможности сопоставления населения пазырыкской культуры с юэчжами. Известно, что до середины II в. до н.э. юэчжи жили в районе Восточного Туркестана и были разгромлены хуннами в 165 г. до н.э., что по времени совпадает с исчезновением больших Пазырыкских курганов на Алтае. В III в. до н.э. реальная власть юэчжийских вождей и расселение их племен распространялись на большую часть Монголии, Джунгарию, Тянь-Шань, где они соседствовали с усунями, а также на Таримский бассейн и верховья Хуанхэ. Столь крупные исследователи древней Внутренней Азии как Намио Эгами и Кадзуо Еноки, вслед за Г. Хэлоуном, решительно связывают юэчжей со скифо-сакской этнокультурной общностью. По своим генетическим связям северные юэчжи тяготели к сарматским племенам Казахстана и Приуралья, аналогичные цагангольским тамги которых зафиксированы для III-I вв. до н.э. Цагангольский комплекс тамг свидетельствует о расселении в юго-западной Монголии, по крайней мере в пределах Монгольского и Гобийского Алтая, во второй половине I тыс. до н.э. иранских племен. Цагангольские тамги надежно подтверждают гипотезу о юэчжийской принадлежности пазырыкцев и, более того, об их сарматских (восточноиранских связях). 
Во Внутренней Монголии юэчжи создали архаичную кочевническую империю, во главе которой стоял единый правитель и которая располагала войском до ста тысяч конных воинов. Об этом периоде юэчжийской истории Сыма Цянь пишет: «В прежние времена (юэчжи) были могущественны и с презрением относились к хуннам». Более того, хунны находились в политической зависимости от юэчжей, понуждавших их посылать ко двору правителя юэчжей заложниками сыновей шаньюя. Последним таким заложником был Маодунь, который, став шаньюем, нанес юэчжам первое поражение и вторгся на их коренные земли в Восточном Туркестане. Но лишь через несколько десятилетий наследник Маодуня «хуннский шаньюй Лаошан убил правителя юэчжей и сделал из его головы чашу для питья». После 165 г. до н.э. начался великий исход большей части юэчжей на запад. 
Юэчжи вели активную военную политику не только на западе от Алтая, о чем свидетельствуют некоторые «трофеи» пазырыкских вождей, но и на далеком востоке Великой Степи. Здесь они встретились с очень несхожими по внешнему облику племенами. Были ли хунны монголоидами? Антропологически подтверждаемая материалами из хуннских погребений Монголии, эта монголоидность нередко принималась с той оговоркой, что «ни изображений, ни описаний наружности хуннов и дунху мы не имеем». В отношении хуннов эта оговорка, однако, не вполне корректна. Имеется вполне убедительный иконографический материал, позволяющий найти изобразительный контекст ликам на подвесках пазырыкской узды. 
В 121 г. до н.э. император Уди назначил прославленного воина Хо Цюй-бина «военачальником сильной конницы», предназначенной для подавления хуннов на их же территории. Действия Хо Цюй-бина были столь успешны, что, несмотря на скорую кончину (117 г. до н.э.), он сумел нанести хуннам невосполнимые потери. Над могилой Хо Цюй-бина «был насыпан холм, по форме напоминающий гору Цилянь». А на мраморе гробницы были вырезаны барельефом группа его противников и сцены триумфа. В 1936 г. венгерский антрополог Золтан Такач посетил погребальный комплекс Хо Цюй-бина и снял эстампажные копии той группы, которая носила название «Кони топчут хуннов». 

klaysht4.jpg 

Иконографически изображения хуннов из гробницы Хо Цюй-бина наиболее близки загадочным ликам на пазырыкской узде: те же признаки монголоидности - выдающиеся скулы, низкий лоб, толстые губы, короткий приплюснутый нос, борода и торчащие вверх прямые жесткие волосы. Таким образом, имеются все основания утверждать, что позолоченные головы на пазырыкской узде, украшавшие парадный убор коня одного из юэчжийских вождей, - это головы убитых им воинов-хуннов, из черепов которых были сделаны золоченые чаши, свидетельство жестоких хунно-юэчжийских войн IV-III вв. до н.э. В ходе этих войн, надолго задержавших западную экспансию хуннов, юэчжи создали во Внутренней Азии свою кочевническую империю и, по оценке Сыма Цяня, «достигли расцвета». Свидетельством гегемонии юэчжей в Великой Степи, когда юэчжийские князья, похороненные на Алтае, сражались далеко на востоке ради власти «над народами, натягивающими лук», и стала пазырыкская узда. Прошло менее двух веков, и на Алтае утвердились новые владыки Великой Степи, сделавшие золоченые чаши из черепов вождей своих прежних сюзеренов - юэчжей. 

hun01.jpg


 
 

 


  • 1

#3 Offline   granddad

granddad

    Пользователь

  • Создатель темы (ТС)
  • Пользователи
  • PipPipPipPipPip
    • Member ID: 235
  • 2 689 сообщений
  • Регистрация: 07-Май 13
  • ГородМосква

Отправлено 08 Март 2014 - 12:24

 
 

Снаряжение всадника и верхового коня

 

0001.jpgНачальный период - IX - X вв., связанный с появлением удил, характерен усвоением разнообразных, преимущественно восточных по происхождению конструкций с прямыми и дугообразными псалиями. Удила этих форм бытовали на Руси как наследие или в результате контактов с европейскими номадами с их развитым коневодством и способностью к длительным передвижениям. Характерно устройство большинства этих изделий - они снабжены одно- или двупетельчатыми псалиями, следовательно, приспособлены к управлению горячим конем. Псалии с одной петлей характерны для удил до 900 г. или для конструкций 950 - 1250 гг., часто переходных от сложной многочленной к простой кольчатой. Эти же изделия, но с двумя петлями (одна служила для пропуска петли грызла, другая - для сцепления с ремнем оголовья), в основном относилась к IX - X вв., хотя спорадически использовались и в более позднее время. Наряду с прямыми стержневидными или несколько изогнутыми псалиями встречаются 8-видно изогнутые или снабженные зооморфными увенчаниями, но они редки и для периода IX - X вв., когда обнаруживаются в нашем материале, архаичны. Уже в X в. появляются общеевропейские, и в частности общеславянские, удила, в которых псалий и подводное кольцо сливаются. Через столетие кольчатые удила почти вытесняют ряд других ранее распространенных форм. Варьируя размер колец, мастера приспособили эту рациональную конструкцию к различным по характеру лошадям местного разведения и выучки. В XII - XIII вв. двухзвенные удила составляют почти 95% находок и являются показателем стандартизации производства, достигнутой в деле снаряжения всадника и коня. В этот период ремесленники совершенствуют имевшиеся популярные конструкции. Количество типов и разновидностей удил сокращается наполовину и более. Кольчатые удила ряда модификаций для русского войска не характерны. В XII - XIII вв. снаряжение конных степняков не имеет на Руси своего прежнего влияния. Несмотря на распространение в предшествующее время разных типов конструкций (до десяти), в конечном итоге на Руси пользовались удилами немногих форм, что было связано с развитием местного коневодства, транспорта, становлением конницы как главного рода войск, наконец, единообразием производства. Стремена. Стремена типологически делятся на две основные непохожие по деталям группы. К первой относятся большинство изделий IX - начала XI в. ,ко второй - предметы главным образом XII - XIII вв.. Для более древних стремян характерны ушко, оформленное в самостоятельном выступе, и подножка в основном округлой формы ;у более поздних - отверстие для путлища прорезано в самой дужке и подножка по очертаниям бывает как скругленной, так и угловатой. Намеченные различия имеют не только хронологическое значение, но и связаны с изменением посадки и седловки, при которой опорная роль стремян все более возрастала. Если в эпоху создания киевской кавалерии всадник сидел в низком седле и пользовался легкими округлыми стременами, то в дальнейшем седло становится выше, а стремена вследствие возросшей силы ошибок копейщиков принимают все большую нагрузку и их подножка в целях большей опорной* устойчивости расширяется и распрямляется. Воины Киевского государства использовали конные ножные опоры, которые в большинстве восходили к азиатским прототипам - VIII вв. и которые существовали и были знакомы кочевым и полукочевым народам Восточной Европы в IX-X вв. Между 1000 и 1100 гг. большинство прежних конструкций выходит из употребления и внедряются новые образцы местной выделки, приспособленные к воинской обуви с подошвой разной степени жесткости. Около 1150 - 1250 гг. осуществляется массовое изготовление трех ведущих конструкций - с прямой, несколько изогнутой и полукруглой подножкой. Численный перевес получают стремена с прямой или слабоизогнутой подножкой, присущие тяжеловооруженным всадникам, составлявшим ядро войска. В этот же период выпускаются наделявшиеся важным иерархическим смыслом богато декорированные золоченые стремена. Парадное стремя выделяло феодального властителя среди окружавших его вассалов. Характерное летописное выражение "у стремени течи", подле "стремени ездити" обозначало следовать ядом с господином, выполнять его приказания, а "вступити в злат стремень" понималось как начать поход . В XII - первой половине XIII в. входят в употребление стремена с боковыми выступами "кулачками", выполнявшими функции шпор, а также ножные опоры в форме стрельчатой арки и трапециевидные, похожие на образцы, распространенные в других странах рыцарской Европы. В целом эволюция русских стремян в XII - XIII вв. шла по линии сближения с общеевропейскими. Однако эта эволюция, при которой одновременно использовались разнообразные конструкции, отличалась своеобразием, порожденным особым военным и географическим положением Руси, находившейся между Востоком и Западом. Нельзя не отметить, что конные опоры с прямой и несколько изогнутой подножкой будут унаследованы кавалеристами Московской Руси. Шпоры. В течение IX - X вв. киевские конники почти не пользовались шпорами, полагаясь при управлении конем, как и их южные соседи - степняки, на плеть и шенкеля. С XI в. по мере выделения конницы как главного рода войск происходит массовое внедрение шпор, или, как их называли в средневековое время, острог. Первое летописное упоминание пришпоривания коней обозначено в "Повести временных лет" под 1068 г. словами "и удариша в коне". Использование шпор этому выражению вполне соответствует. Они явились эффективным средством понуждения копя, особенно в решающие моменты боевых действий: при маневре и сближении с противником. Ныне становится все более очевидным, что в отношении применения шпор Русь, считавшаяся азиатской окраиной Европы, входила в число развитых рыцарских стран своего времени. Красноречивым примером служат древности раскопанного М. К. Каргером волынского Изяславля. В этом городе, расположенном не в западной или центральной Европе, а недалеко от края восточной степи, было найдено 280 шпор. Совокупность этих находок может конкурировать с коллекциями национального масштаба. Как и в Западной Европе, на Руси шпоры были неотъемлемой принадлежностью конного воина, состоятельного человека, феодального слуги или дворцового стражника. Не случайно среди находок оказались отделанные золотом, серебром, медью или фигурной ковкой. Первые так называемые каролингские шпоры имели дугу и шип, расположенные в горизонтальной плоскости. В русских находках они, как правило, датируются с некоторым запозданием по сравнению с западноевропейскими образцами XI - XII вв. Одновременно с горизонтальными существовали изделия с шипом, поднятым вверх .Уже в XI в. появились образцы общеевропейских форм с изогнутой, если смотреть сбоку, дужкой и шипом, направленным не вверх, а вниз. В XII в. изогнутые шпоры, снабженные шипами, господствовали на Руси. Обращают на себя внимание легкие, словно проволочные шпоры с плавным волнообразным изгибом дуги, возможно, предназначенные для лучников- стрельцов.Далее отметим массивные угловатые изделия с крупным шипом, наклоненным к плоскости дужки на 90 - 130'. В отличие от предшествующих они предназначались скорее всего для тяжеловооруженных всадников. Шпоры других форм не столь разграничиваются в тактико-войсковом отношении и сочетают в себе признаки упомянутых выше образцов. По мере развития тактики конных сшибок оружейники предпринимали попытки точнее рассчитать дозволенное колющее действие шипа. Используются разные виды шипов с противотравмирующими ограничителями. Проблему создания действенных, не причиняющих коню ранений шпор разрешил тип с подвижным звездчатым колесиком. Колесиковая шпора дошла до наших дней и для своего времени являлась крупным открытием. Русские находки по- новому освещают международную загадку появления колесиковых шпор. Зарегистрированные в 13 русских поселениях 36 шпор с подвижным звездчатым колесиком, относящихся к 1220 - 1230 гг., оказались древнейшими среди известных в Европе .В археологической и оружиеведческой литературе датировка колесиковых шпор определялась примерно 1300 г. Теперь эту датировку можно удревнить по крайней мере на три четверти века. Вопрос этот обсуждался в 1972 г. на международном семинаре в Лодзи "Западные и восточные элементы в вооружении славян эпохи средневековья". Ранняя дата русских вещей сочтена убедительной и заслуживающей принятия. На примере шпор устанавливается, что многие приемы конного боя, атаки и маневра на востоке Европы в целом не отличались от принятых на Западе. Интенсивная разработка шиповых и колесиковых шпор свидетельствует в пользу существования конского доспеха, археологически известного у нас по древнейшей в Европе боевой конской маске второй четверти XIII в. Прогресс в использовании средств европейского конновождения не был остановлен монголо-татарским вторжением. Еще во второй четверти XV в. новгородцы, как и их западные современники, носили шпоры с длинным держателем звездочки, что подтверждает ношение представителями русской "копной рати" полного доспеха. Относительно найденной в Новгороде шпоры с далеко отставленным колесиком, датируемой 1420 гг., А. В. Арциховский справедливо писал, что ею "можно было пришпорить коня сквозь густую кольчугу и даже, может быть, сквозь латы" .Добавим, что шпора с длинным держателем (10 см) звездочки, вроде упомянутой выше, предполагает наличие доспеха, возможно пластинчатого, закрывающего и ноги воина. Всадник более ранней поры и его конь, видимо, не были столь тщательно и предусмотрительно защищены - соответственно держатели шипов и звездочек (в XII - XIII вв.) не превышали нескольких сантиметров. Говоря о средствах конновождения, следует отметить использование плетей. Зафиксированные в археологических находках сохранившиеся детали плеток типологически делятся на основные группы. К одной относятся металлические кнутовища с кольцом и прикрепленными к нему обоймой для бича и привесками. Эти экземпляры найдены в полосе от юго-восточного Приладожья до Смоленщины и относятся к IX - XI вв. Такая плеть приучала копя не только ощущать удар, но и слышать простой взмах без удара. Изобретение и распространение "звучащей" нагайки связано с Северной Европой. Упрощением описанной выше плетки явилось устройство, состоявшее из кольца и обоймы для соединения с деревянной рукоятью. К другой группе плетей относятся затыльники рукоятей из бронзы и кости с боковыми клювовидными выступами. Они широко бытовали в XI - XIII вв. и указывают не езду по-восточному. Этой манере присуща опора полусогнутыми ногами на стремена, легкое седло без заметно выраженной задней луки, отсутствие шпор. В целом археологический материал свидетельствует о том, что появившись в IX в. на Руси, плети на первых порах были распространенным средством конновождения, в дальнейшем их использование снизилось в связи с выдвижением кавалерии, оснащенной шпорами. Употребление плетей стойко держалось у черных клобуков, и, возможно, у некоторых легковооруженных стрельцов. Что касалось вообще всякого рода невоенной верховой езды, то здесь популярность плетей в течение всего средневековья не уменьшилась. Рассмотрим некоторые металлические принадлежности убора верхового коня. Типичными для IX - XI вв. являлись подпружные пряжки трапециевидных, прямоугольных, прямоугольных с изогнутыми боковыми краями очертаний . В XI - XIII вв. стали употребляться пряжки полукольце видных, кольце видных и смягченно прямоугольных форм. В этот период переходят к использованию в конской упряжи сразу нескольких пряжек, предназначенных в том числе и для подпруги из двух ремней. Тогда же появились пряжки у стременных путлищ. В XII - XIII вв. подковы становятся обычным обиходным предметом, но для боевых коней это не подтверждено. Подковы безусловно отягощали легких кавалеристов, но спорадически могли использоваться тяжеловооруженными. Выделяются две типологические разновидности подков. К одной относятся образцы XI - XVII вв. в виде полуокружности с одним передним шипом. Ко второй относятся изделия XII - XIV вв. в форме трех четвертей овала с двумя концевыми шипами и волнистым очертанием внешнего края. Предшественниками подков явились ледоходные шипы для человека и коня, появившиеся на Руси примерно в IX в.. Они позволяли безопасно передвигаться по скользким дорогам преимущественно в зимнее время. Начиная с XI столетия употребление шипов для конских копыт не исключало применение обычных подков. Обзор снаряжения конного воина свидетельствует, что в отличие от наступательного и оборонительного вооружения, боевые свойства которого во всяком случае до второй половины XII в. прогрессировали весьма плавно, в развитии экипировки всадника наблюдается определенная скачкообразность. Конное войско, возникшие на Руси не позже X в., было оснащено изделиями, изготовленными или заимствованными преимущественно у кочевых и полукочевых народов Юга и Юго-Востока европейской части СССР. Своими удилами с прямыми или дугообразными псалиями, низким полумягким седлом, наборной уздой, легкими округлыми стременами, плетью киевский всадник напоминал своего южного соседа, хотя и отличался от него набором оружия ближнего боя. Становление собственного конного войска приводит в XI в. к значительному видоизменению уже принятых образцов восточного происхождения. Езда по-восточному с применением плети все более уступает европейской посадке, связанной с обязательным применением шпор. Конные копейщики и лучники получают все более разнообразное и усовершенствованное снаряжение. Если первым придавались массивные шпоры, стремена с прямой широкой подножкой, седло-кресло рыцарского типа - все, что обеспечивало устойчивость и напор при таранных сшибках, то вторые пользовались легкими седлами, округлыми стременами, облегченными шпорами. По обилию детальных изменений шпор, стремян других изделий русские в 1150 - 1240 гг. не только находились на уровне наиболее опытных в конном деле европейцев, но иногда опережали свой век. Некоторые нововведения появляются на Руси поразительно рано; таковы стремена в форме стрельчатой арки, шпоры с крупными шипами и пластинчатыми манжетами, шпоры со звездочкой, конские маски. Прогресс в изготовлении и использовании средств европейского конновождения не был остановлен монголо-татарским вторжением. Вплоть до середины XV в. такого рода изделия, особенно в Северо-Западной Руси, сохраняли в большой мере общеевропейский облик. Лишь в последней четверти XV в. происходит общая ориентализация русской конницы. Анализ предметов боевой техники закономерно приводит к постановке ряда широких вопросов, связанных с производством, использованием и развитием комплекса вооружения, снаряжением родов войск, оснащением армии на отдельных исторических этапах, международными культурными влияниями в сложении военной техники. Сама эволюция оружия не может быть оторвана от общих явлений военного дела. Приходится отмечать, что большинство форм и видов оружия IX - X вв. не имеют местных корней в культуре предшествующей поры. Объясняется это тем, что боевые средства славян VI - VII вв. были весьма скудными и в этом смысле ни в какое сравнение не идут с тем, что появляется в киевский период. У обитателей Восточной Европы середины 1 тысячелетия н. э. преобладали лук и стрелы, метательные дротики; мечи, шлемы и кольчуги почти отсутствовали. В ходе военных действий славяне обогатились опытом и знаниями своих противников, за хватили много оружия. Однако последующие крупные сдвиги военного дела были вызваны не византийским влиянием, а в первую очередь потребностями внутреннего развития. В последней четверти I тысячелетия н. э. в жизни славянских племен Восточной Европы произошли огромные перемены. Исторически это был великий и героический период создания Древнерусского государства. Развитие было бурным, стремительным и сопровождалось резким изменением всей материальной культуры. Раннефеодальное государство выдвинуло многотысячную и в большой мере тяжеловооруженную армию, оснащенную всеми видами известных в тот период наступательных и защитных средств. Сдвиг в развитии вооружения в сравнении с военными средствами ранних славян можно назвать технической революцией. В IX - X вв. сложился по существу новый комплекс боевых средств, который в течение последующих веков будет претерпевать в основном постепенные изменения. Образование Киевской державы сопровождалось, по-видимому, активным становлением оружейного ремесла. Уже в тот период организуются специализированные мастерские, например по выделке мечей. На первых порах оружейное ремесло, находившееся по тогдашним представлениям под покровительством богов языческого пантеона, было в большой мере привилегией избранных людей. Среди дружинников X в. находились знатные оружейники. Их наличие устанавливается по погребальным комплексам. Оружейное дело являлось иногда составной частью военных обязанностей. Воин времен князей Олега и Игоря умел не только действовать оружием, но и чинить его. Как показало технологическое изучение мечей, копий, топоров, ' проведенное Б. А. Колчиным, русские оружейники не позже X в. овладели всеми приемами, применявшимися в то время в Европе для обработки железа и стали. При ковке использовалась "техника сочетания в изделии пластичной и вязкой основы предмета (железной или малоуглеродистой стали) с твердым стальным рабочим лезвием, подвергавшимся в конце технологического процесса термической обработке - закалке" .Особо следует отметить искусство сварки железа и стали и приготовление дамаскированной стали. Все эти работы, требующие высококачественного исходного сырья, сноровки и точности, не были секретом для военных мастеров. В частности, сварочный дамаск применялся в надписях на местных мечах. В IX - XI вв. складывается то неповторимое своеобразие военного дела, которое на ряд столетий вперед определит пути его развития. Киевская держава была одной из немногих европейских стран, где несходство и разнообразие в составе и подборе вооружения были столь разительными и контрастными. На Руси освоили западный меч и восточную саблю, европейское ланцетовидное копье и кочевническую пику, восточный чекан и меровингский скрамасакс, азиатский сфероконический шлем и каролингские шпоры, ближневосточные булавы и северные ланцетовидные стрелы. Из перечисленных орудий войны некоторые нашли на Руси вторую родину, и уже как русские вещи проникли на Запад. В составе раннесредневекового вооружения уживались изделия различной тяжести и разных свойств, и отмечаются такие несхожие формирования, как легкая конница и сильная пехота. Все решение проблемы образования русской средневековой оружейной культуры старое оружиеведение свело к участию в ее создании Востока и Запада. Эта культура действительно питалась достижениями других народов, но не была только восточной, только западной или только местной. Наряду с заимствованием чужого опыта создавались и использовались собственные виды оружия и снаряжения. Войско Киевской Руси с самого начала было разноплеменным, что создало особо благоприятные условия l для распространения всякого рода "орудий войны" подчас, казалось, несовместимых друг с другом (например, меч и сабля) . Активными распространителями привозного европейского вооружения выступали державшие в своих руках международную торговлю варяги. При их посредстве на Русь попадали каролингские мечи, скрамасаксы, северные наконечники ножен мечей, некоторые образцы иноземных копий, топоров, стрел, принадлежности конской сбруи, каскообразные шлемы, ледоходные шипы. Военный вклад норманнов (по этому вопросу, к сожалению, нет недостатка в предвзятых суждениях) не носил оттенка превосходства и представляется в виде питательного источника, влиявшего на рост и укрепление славянской силы. Сами пришельцы испытали могущественное влияние местных ,условий и не располагали каким-то особым собственным военным комплексом. Разнообразие первоначального боевого арсенала объясняется не только внешними причинами (отрицать их не приходится), но и внутренними. Он создавался в исключительно напряженной обстановке, вызванной крайностями ведения войны на два фронта. Киевской рати приходилось воевать на севере и северо-западе с относительно малоподвижным европейским противником и на юго-востоке с быстрыми маневренными конными степняками. В течение первых веков существования Руси наиболее опасным участком борьбы был юг. Естественно поэтому, что влияние военного искусства кочевников во времена первых русских князей было весьма ощутимо. Воины киевского князя -славяне, варяги, финны - знакомые с традиционными европейскими приемами сражения, столкнувшись с азиатско-кочевническими приемами вооруженной борьбы, вынуждены были к ним приспособиться. На просторах своей земли и в восточных скитаниях они усвоили саблю, стали более широко употреблять кольчуги, получили сфероконический шлем, кочевническую пику, восточный чекан, сложный лук, округлые стремена и другие принадлежности упряжи, лучше научились приемам конного боя. Можно сказать, что в искусстве ведения войны русские не переставали быть европейцами, но часто сражались как азиаты. Разнохарактерные условия борьбы, а также региональные особенности социального развития привели к некоторому различию между северными землями с распространенным там пехотным оружием и южными районами с преобладающими там средствами кавалерийского сражения. Зональные особенности в вооружении и способах ведения боя были не настолько велики, чтобы существенным образом обособить или разграничить развитие предметов вооружения. Различия были подчас временными и сводились к большей распространенности того или иного популярного изделия, например топора на севере и копья на юге. В целом средства боевой техники и приемы боя, несмотря на свое чрезвычайное разнообразие, практиковались или были известны на всей древнерусской территории. Силой обстоятельств они сочетали в себе черты Запада и Востока и в то же время на фоне европейского средневековья представляли нечто особенное. Начальный период существования Киевского государства характерен преобладанием пехотной борьбы. Однако в отличие от более раннего времени военные отряды сражались не толпой, а в организованном боевом порядке - по полкам, о определенным тактическим правилам. Вооружение состояло из копий, топоров, мечей, луков и стрел, шлемов, кольчуг и щитов. При таком положении оружие ближнего боя, главным образом колющее и рубящее, приобретает для исхода битвы решающее значение. Метательные средства отступают на второй план. Развитие военной техники опережало родовое деление войск. Конница хотя и имелась, но была малочисленной. Все более значительное давление кочевников, походы и потребности обороны, оформление феодальной организации общества приводят к середине и второй половине X в. к усложнению военного искусства и выдвижению конницы, в дальнейшем дифференцировавшейся на копейщиков и лучников. Копейщики - сила, специально предназначенная для нанесения главного удара. В их рядах находились профессионально подготовленные дружинники, владевшие всем комплексом боевых средств. Лучники выполняли "разведку боем", прощупывали силы противника, заманивали его ложным бегством, несли службу охранения. В состав лучников входила "молодь", т. е. младшие по положению члены дружины, дворовая челядь, незнатные рядовые воины. Описанное разделение войска по виду оружия сохранится вплоть до XVI в., до тех пор, когда московские всадники предпочтут копьям сабли и луки. Растущее преобладание кавалерии не означало исчезновения пехоты. Однако действие последней в поле в большинстве случаев носило подсобный, вспомогательный характер. Более самостоятельной была всегда многочисленная пехота северорусских городов. В оснащении пехотинцев, также часто подразделявшихся на лучников и копейщиков, особенно популярным был топор, отвечавший универсальным требованиям похода и сражения. С выдвижением конницы главнейшим наступательным оружием становится копье. Мечи и сабли, хотя и сохраняют значение, но тактическое лидерство уступают копью. Топоры для всадника нехарактерны. В вихре сражения достаточно было оглушить противника, но не обязательно убить. Для этой цели используются булава и кистень. При этом колющие и рубящие средства сохраняют свое боевое первенство. В XI - XII вв. в военной обстановке совершаются новые ощутимые перемены. Походы на соседей не прекратились, но боевые действия все больше начинают затрагивать внутренние интересы общества. Задачей военных действий было не присоединение сколько-нибудь значительных территорий, уничтожение городов и порабощение племен, а завоевание политической власти, дележ и передел земли, грабеж. Численность войска сокращается. Незначительность многих военных столкновений пропорциональна их быстроте и летучести. Боевые операции велись с переменным успехом и могли продолжаться бесконечно. Можно заметить две особенности: длительность и постоянство войн с ограниченными целями и множество быстротечных битв. Последствия войн и отдельных столкновений, даже самых опустошительных, не были, однако, настолько губительны, чтобы остановить экономическое и культурное развитие. Множество фактов свидетельствует об относительной безопасности жизни, расцвете ремесла, свободе передвижения и активизации строительства в городах и селах. Мелким вооруженным конфликтам и междукняжеским распрям противостоят крупные операции по борьбе с главным противником -кочевниками, в начале XII в. приобретающие характер общерусской наступательной войны. Последние раннефеодальные монархи Руси Владимир Мономах и его сын Мстислав выработали и осуществили, по-видимому, единый план массированных ударов по половцам на юге и чуди на севере, что явилось вершиной военной стратегии страны накануне ее дробления на самостоятельные земли. Оценивая военные свершения Киевской Руси в целом, следует подчеркнуть их масштабность. Молодое государство смогло установить и удержать обширные границы, выдвинуло значительное, в том числе конное войско, создало собственный арсенал военных средств, приступило к широкому строительству крепостей, включая каменные пограничные форпосты и организовало отпор самому опасному степному противнику. Новый цикл изменений развернулся в последние 150 лет жизни домонгольской Руси. С наступлением периода феодальной раздробленности социальные перемены затронули и общество, и войско. "Рыцарственный XII век выдвинул не только боярство, находившееся ранее несколько в тени, но и разнообразное дворянство, включавшее в себя и дворцовых слуг- министериалов, и воинов - "детских" или "отроков" и беспокойных всадников - торков" .Наряду с княжескими дружинниками на полях сражений выступают боярские и дворянские отряды, городские и областные ополчения. В качестве самостоятельных соединений в военных действиях участвуют иноплеменники федераты - черные клобуки, водь, корела, ижора. Городские концы организуют свою военизированную милицию, составлявшую городской полк .В войнах участвует сельский люд. 

 


  • 1

#4 Offline   scoundrel

scoundrel

    Постоялец

  • Пользователи
  • PipPipPip
    • Member ID: 245
  • 323 сообщений
  • Регистрация: 08-Май 13
  • ГородМ.О. Лотошино

Отправлено 02 Апрель 2014 - 14:43

Прикольно, я даже и не знал)))

Можно найти побольше изделий, и сделать такую же гравюру с лошадью, и украсить... Получиться, просто СУПЕР))))


  • 0

С уважением,

Евгений)) :resp1: :search:   :ay:





Яндекс.Метрика